Очевидно

Для эколога, например, жизнь — это круговорот биогенных элементов в масштабе всей биосферы или отдельных экосистем; ее реальное воплощение— популяции многочисленных видов, разнообразие которых обеспечивает устойчивость этого круговорота. Для нейрофизиолога жизнь есть не что иное, как электрические процессы в нервных клетках. Для молекулярного биолога — обмен веществ, затейливое кружево сцепленных друг с другом биохимических реакций. Попробуйте решить, кто из них больше прав.
Думаю что антикварная книга сможет порадовать многих из вас.
О, мы совсем не хотим всерьез и безоговорочно уподобить специалистов слепцам из индийской притчи, каждый из которых ощупывал малую часть слона и при этом уверял себя и других, что это и есть весь слон, «слон как таковой». Представители разных отраслей биологии не просто изучают отдельные фрагменты единого целого. Каждый стремится увидеть «слона» целиком, и в каком-то смысле это ему удается. Но один видит картину, которая предстает перед ним в окуляре оптического микроскопа. Другой разглядывает слона с помощью электронного микроскопа и видит существенно иное. Третий созерцает узоры кривых на широкой ленте электроэнцефалографа. Наконец, четвертый обозревает всю огромную биосферу, где реальные слоны — лишь ничтожные пылинки, элементарные атомы, из которых она построена.
Очевидно, что нужен какой-то принципиально иной, в известной степени сторонний взгляд на биологическую проблематику. Такой подход необходим хотя бы для того, чтобы создать общий язык, на котором могли бы объясняться адепты разных школ и направлений. Такой подход мвжно было бы назвать общей теорией живых организмов, метабиологией или еще как-нибудь. Нам показался более удачным термин «теоретическая биология», который, впрочем, уже применялся раньше в сходном значении.

Так возникла исследовательская группа (условно названная «группой Бета»), о которой в апреле 1974 года возвестила афиша в коридоре биологического факультета МГУ.

Добавить комментарий