Я вошла в гостеприимно открытые двери

Дмитрий Крейнин: о чем стоит задуматься
В 1939 году я впервые переступила порог Физико-химического института им. Л. Я. Карпова. Я пришла за советом, теперь бы сказали — за консультацией. Никто меня сюда не направлял, никто никому не рекомендовал: я просто пришла, так как слышала, что в этом институте работает специалист в области науки, в которой сама я делала лишь первые шаги.

Я вошла в гостеприимно открытые двери, поднялась на второй этаж, кого-то по дороге спросила, правильно ли иду, попала в темноватый коридорчик, постучав, открыла дверь, и оказалась в небольшой тесно заставленной лаборатории. Мне и в голову не приходило, что в этой комнате я впоследствии проработаю более 30 лет.

Настроение у меня было прескверное, и, уже открывая дверь лаборатории, я подумала: а не повернуть ли обратно? Ведь если ученый, к которому я иду, окажется достаточно любезным и согласится посмотреть мои материалы, что утешительного сможет он мне сказать?

Но отступать было поздно: меня уже встретил молодой человек в обычном рабочем халате с папиросой в одной руке и отрезками тоненьких, причудливо изогнутых стеклянных трубочек в другой. «Подождите, пока я закончу, и попробуйте где-нибудь сесть,— сказал он, после того как я путано сбъяснила, из-за чего пришла.— Впрочем, я могу и так вас слушать». И он начал подгибать эти трубочки и вставлять их в какую-то рамочку, помогая себе очень длинным ногтем мизинца правой руки. Это был Валентин Алексеевич Каргин.

Добавить комментарий